02:27 

Дитя Богемы. Глава 6.

Дар Хайо
One dark night in the middle of the day, two dead boys got up to fight. Back to back they faced each other, drew their swords and shot one another.
Название: Дитя Богемы
Автор: G.Grissom, G.Sanders
Размер: миди плавно переходящий в макси
Категории/Жанры: слеш, кинк, экшн, транс-гендер
Пейринг: Дамьен/Николь
Рейтинг: NC-21
Предупреждения: Цикл не дописан и заморожен.
От автора: По мотивам отыгрыша.

Николь поспал от силы часа три. Снилось ему что-то беспокойное и малоприятное, в следствии чего он оттолкал бедного Дамьена в противоположный край кровати. А потом Николь проснулся. Как и умел - совершенно неслышно соскользнул с кровати, оделся. Кнечно, сейчас ему бы хотелось вопреки всем своим привычкам написать Дамьену записку, вот только писать мальчик не умел. А потому пришлось уйти так и не попрощавшись. Сейчас ему было слишком грустно, слишком много мыслей для того, чтобы оставаться здесь и дальше. В конечном итоге, сегодня ему есть где спать. С этого дня у него есть своя квартира, именно та, о которой он мечтал. И вот - пешком через весь Париж мальчишка добирается в пустой дом, где единственным предметом мебели пока что является только матрац, и, не раздеваясь, падает досыпать недоспанное.
Дамьен просыпается от гнетущего чувства одиночества. Не столько в постели, скорее во всем доме. Просыпается злым и, как ни странно, обиженным. Уходит в душ, зависает там на несколько часов. Обида утекла вместе с водой, а вот злость никуда не делась. Заваривает себе кофе, доливает туда коньяк, открывает окно, впуская холодный воздух. Закуривает и цедит кофе.
Побег Николь безвозвратно испортил утро Дамьену и весь день тем, кто ему встретится. И как бы мужчина не пытался смириться с этим побегом, умаляя себя тем, что у мальчишки могли быть свои планы, злость не уходила. Даже факт того, что это он, Дамьен, воспылал чувствами и Николь совершенно не обязан быть рядом - не спасает. Вот так он и сидит смакуя свою злость, направленную в никуда, как свой кофе и сигарету.
У Николь вместе с утром приходит целая куча дел и хлопот. В основном - не приятных и довольно грязных. Обычный день, подкрашенный ещё и дурным осадком того, что он успел себе надумать, но с чем не успел смириться. В общем мальчик прекрасно понимал кто он и почему он на том месте, на котором есть. И понимал, что выше ему взбираться нельзя. И что мечта останется мечтой, постель - постелью, а он - самим собой. И Никогда не изменится. На самом деле так намного легче воспринимать мир. Все в нём, как оказалось, действуют по одной и то же схеме. И пора бы перестать удивляться и принимать близко к сердцу.
Окончательно день разбивается, лопается пузырёк какой-то надежды когда в пять Николь приходит на работу и его практически тут же утаскивают в гримерку. В этот момент он даже вспоминает Дамьена. Почему-то с грустью и матом.
День и вправду выдался паршивый. Даже для Дамьена. Пока он спорил с коллегами о некоторых моментах одной из присланных работ в офис заявилась его жена. Коллеги, конечно, тактично нашли чем заняться, а вот Дамьен нет. С этой женщиной не ладил весь офис. Мужчина даже не встрявал в гневный монолог, просто погрузился в воспоминания прошедшей ночи. Воспоминания резанули по сердцу и это стало последней каплей терпения Дамьена. Впервые на памяти конторы Дамьен повысил голос на женщину, мало того - на свою жену, и ответил ей содержательным, колоритным монологом. А потом не дожидаясь ответной реакции вышел из помещения. И не вернулся.
Пробродил до вечера по городу, пугая встречных мрачным видом. Ноги сами принесли его к кабаку Николь. Долго курит глядя на вход. А потом выдыхает и заходит внутрь.
- А Вы, наверное, к Николь, - одна из симпатичных и явно малолетних официантоу улыбается Дамьену. - Так ухаживаете за ним... - качает головой и цокает языком. Её, видимо, совсем не пугает состояние мужчины. Видала и хуже. - А он сегодня выходной. Приходил днём, порепетировал немного, потом что-то произошло - не знаю, я покурить выходила, и Николь уехал домой. Вы же знаете? Этот счастливчик наконец-то отхватил свой кусок!
Девочка говорит без зависти, искренне радуясь за товарища. Она вообще вся такая искренняя и нездешняя.
- Ну, вот, - сокрушенно вздыхает Дамьен, совершенно расстроенный. - Разбилась мечта - не услышу его песен... - с мольбой смотрит на девушку. - Мадемуазель, утешьте несчастного влюбленного - Вы знаете, где он живет?
- Конечно знаю, - девчёнка улыбается. - Ну вы это... присядьте, выпейте, ладно? Посидим, поговорим... Или у Вас резко закончилось время, мсье? - она смотрит в сторону столика в углу и кивает какой-то из своих сотрудниц, та быстро бежит на кухню за выпивкой и сендвичами.
- Отчего же? - тихо смеется Дамьен. - Времени-то у меня как раз полно, - как-то огорченно.
Проходит в зал, садится за указанный столик.
- А Вы знаете, у Вас есть серьёзная конкуренция, - сокрушенно вздыхает девочка. - Видели, к нему часто приходит высокий такой голубоглазый мужчина? Так вот, это его отчим. Сжил маменьку со свету, чтобы к Николь добраться. Хотя кого он только со свету не сжил. Николь говорит, что ненавидит его всей душой. Но как только что-то случается - бежит к нему за помощью.
Девочка вздыхает и заполкает на минуту. А потом продолжает:
- Николь в последнее время тяжко приходится. Он, конечно, умненький, но... Дурак дураком. Доверчивый такой... Он мечтает о большой сцене. За ним до Вас ещё трое ухаживало. Таких же как Вы - представительных, серьёзных. А потом... знаете что ему говорили? "У тебя, конечно, есть голос... Но пойми, не станем же мы помогать тому, с кем не можем разделить всю жизнь? Николь, пойми, мы будем оба мучаться, если я оставлю тебя рядом из жалости... Нет, послушай, я верил, что это любовь... А теперь собирай вещи, и выметайся". Вот потому он сейчас так плохо идёт на контакт.
- Отчим значит... - бормочет себе под нос Дамьен. Однако не менее искренне улыбается собеседнице. - Конкуренция это не так страшно, как может показаться. Куда опаснее нежелание сближаться, - Дамьен закуривает. - Знаете, я Вам бесконечно благодарен. Вы ответили на два неразрешимих для меня вопроса. Остался третий, который успокоит меня, - злость мало-помалу уходит куда-то вглубь, копится для одного человека.
- Ну... Сегодня Вам не стоит туда ходить, мсье... - девочка виновато отводит взгляд, а потом, наверное для храбрости, залпом выпивает свой стакан водки и даже не морщится. Выглядит это как-то абсурдно, грустно и честно. Наверное, именно так вот живёт Николь. Чёрно и грустно. Пьёт водку стаканами, курит что ни попадя, спит с кем придётся, и не придаёт этому больше никакого значения, чтобы не свихнуться.
Малышка ещё некоторое время молчит, теребит скатерть и поднимает на мужчину полные раскаяния глаза, называя адрес.
- Только прошу Вас, не ходите, мсье. Тогда всем будет худо. Сначала Николь и Вам, потом и мне достанется... Приходите к нему лучше завтра....
- Отчим? - мужчина склоняет голову к плечу. А затем не глядя и не поморщившись выпивает содержимое своего стакана. - Вы славная девушка. И в благодарность я не пойду туда сегодня. Одно дело, когда по шее достается мне и совсем другое, когда в это вовлекаются другие, - Дамьен качает головой.
- Поймите, мсье... - девчушка вздохнула и подняла на мужчину глаза. Совсем не детские. Глаза мудрой и не молодой женщины. - В этом мире, когда некуда идти и некому верить, ты идёшь к семье. Даже если семья у тебя - алкоголики, педофилы и шлюхи. Потому, что это последний оплот. И как бы ни было плохо, как бы жестоко с тобой твои родные не обходились, они всегда дадут отдохнуть и помогут. Я не хочу Вас отговаривать или отваживать... Просто хочу чтобы Вы знали, Николь, как бы он ни ненавидел Густава, будет возвращаться к нему снова и снова. Потому, что каким бы Густав не был паршивцем, он добивается мальчика уже девять лет. Иногда людям очень важно знать, что их любят и ни на кого не променяют.
- Я чертовски упрямый тип, мадемуазель... - Дамьен запинается и виновато смотрит на девушку. - Простите, я совсем мозги растерял. Меня зовут Дамьен. А Вас?
- Меня можете Карэн называть, - пожимает хрупкими плечиками. - Знаете... Вы похожи на хорошего человека, Дамьен. Но если Вы тоже добьётесь его, а потом оставите... Вот этими ноготками, - девочка демонстрирует довольно ухожанные пальчики, - я вырву Вам сердце и скормлю крысам.
- Карэн, - Дамьен от всей широты души улыбается, - боюсь Вы можете не успеть. На мое сердце точат когти давно и усердно. Я не оставлю Николь даже если не добьюсь.
Дамьен вздыхает и тушит сигарету, тут же подкуривает новую.
- Бытует мнение, что я неисправимый бабник, - горько усмехается. - Так сказала моя первая жена моей третьей. А я и не бабник, - как-то обиженно. - В моей жизни было только шесть женщин, которых я любил. Когда мы приходили к тому, что любви или повода оставаться вместе не находилось - мы расставались. Однако до сих пор друг друга поддерживаем, не бросаем. Как бы там не сложилось мы семья, - вертит в руках сигарету. - А здесь... Я влюбился в Николь. И это чувство категорически отличается от всего что было прежде. Я долго размышлял над этим. Вот это чувство никуда не денется. Поэтому я не оставлю Николь, даже если мне не найдется места рядом с ним.
- Нет, я обязательно буду первой, если вы обидите малыша Николь, - лукаво щурится девочка и грозит пальчиком. - Не знаю, что Вы там ему наговорили, но когда я сегодня попробовала с ним заговорить о Вас, он сказал, что знать не знает, и тем более не хочет знать, о ком это я. А ещё сказал, что все мужики одинаковые. И только один всегда возвращается. И пусть он будет страдать с любящим, чем с любимым, с которым каждый миг как на пороховой бочке.
Карэн доливает себе из графина и выпивает ещё.
- Николь сложный мальчик. Но если вы мне поклянётесь любить его до гроба, я помогу Вам.
- Кажется, я знаю, что я сказал не так, - Дамьен чертыхается. - Я клянусь, что буду любить, беречь и не оставлять его до самого гроба, до последнего гвоздя вбитого в крышку, - Дамьен не просто честен, он кристально искренен в своих словах.
- Вот и славно. И поверьте мне, я буду за этим тщательно следить, - кивает для пущей убедительности. - А теперь послушайте... Дамьен, Николь только внешне - мальчик.... Ну и то... не совсем. А так - от похуже девчёнки. Любит помечтать, поразмышлять, поболтать. Он честен и требует того же. В этом он просто невыносим. Но... ему нужно участие, понимаете? Ему нужен фундамент и высоченный забор, за которым его не обидят... Вот только... не знаю, что Вы будете делать с Густавом... Николь очень к нему привязан.
- Да, над этим нужно будет серьезно поразмыслить, - кивает. - Потому что... - мужчина сжимает кулаки, сминая сигарету, выбрасывает ее в пепельницу, наливает себе, залпом выпивает. - Я его убью, если он будет бить Николь. Ччерт! Николь нельзя бить, - с рыком выдыхает. - Неужели это понятно только мне?
- Только Вам, мсье. Николь иногда... - Карэн отводит взгляд. - Иногда... ну... я даже не знаю, как сказать. Иногда он говорит "бьёт - значит любит"...
- Да, знаю, - раздраженно. - А насилует - значит хочет, - наливает себе еще. - Моя мать тоже так говорила, - выпивает и этот стакан залпом. Отодвигает стакан от себя. - Мне понадобится Ваша помощь, Карен, - в глазах Дамьена вспыхивает огонек авантюризма. - Позвоните мне, когда Николь наверняка будет выступать, - широко улыбается. - Только ему ничего не говорите, пожалуйста.
- Хорошо, - девчушка хихикает и кивает. Видимо, она и сама непрочь обустроить жизнь Николь. - А вообще... иногда ему это нравится. Так что... Только я Вам этого не говорила.
- Буду нем, как рыба, - клятвенно заверяет Дамьен. - Ох, черт, - сокрушенно и виновато, - я как представлю что себе надумал Николь... - опускает голову на сложенные руки. - Тошно становится...
- Он надумал, что Вы его потрахаете, пока Вам интересно, и выбросите, как и все... - пожимает плечами девочка. - Мы, знаете, быстро к такому привыкаем и уже не верим, что бывает иначе. Но очень хотим верить.
- А все совсем не так! - обиженно. - Ну, хоть бы кто мне верил...
- Дело не в Вас... - Карэн вздыхает и улыбается ободряюще. - Просто так получается... Не огорчайтесь. Всё ещё будет. Только надо очень постараться.
- Я постараюсь, - улыбается мужчина. - Расшибусь, но Николь будет счастлив и его мечта станет реальностью.
- А о чём он мечтает? - девочка хитро щурится, как умеют щуриться только девочки и Николь. С эдаким крючочком-подначной. Но совершенно беззлобно.
- Об уюте. О том, чтобы возвращаясь домой там не было пусто, чтобы дом не был мертв, - Дамьен прикрывает глаза, тепло улыбается. - О том, кто будет беречь, не отступаться, любить. Он мечтает петь...
- Ну... - Карэн машет рукой в воздухе. - Где-то так. Самое главное, для такимх, как мы - личное счастье. Знаете, это как миф, легенда, байка в кругах шлюх. Говорят, что там, за гранью нашей профессии можно найти человеческое счастье, любовь, уверенность, покой, стабильность... каждая из нас мечает об этом.
- Он будет счастлив, - уверенно. - Только бы мне не опоздать...
- Опаздать? Что Вы имеете в виду? - девушка забавно морщит лобик, изображая работу мысли.
- Знаете, временами промедление после неверно истолкованных слов стоит таким упрямцам как я счастья, - вздыхает.
- Вы думаете, с ним Вы сможете быть счастливым? - девушка качает головой. - Вы либо дурак, либо романтик... Но именно на таких и держится наша сказка.
- Я не думаю, я уверен, - смеется. - Я может и дурак, абсолютно точно романтик и извращенец... Но я его люблю. И счастлив буду в любом случае, если только Николь будет счастлив.
- Мне Вас жаль... Но я очень люблю Николь. Он вытаскивал меня много раз... По-женски, по-дружесски. И если Вы сделаете его счастливым, я стану самым преданным вашим другом, - абсолютно честно заявляет Карэн.
- Спасибо Вам, - улыбается Дамьен. - От всей души спасибо.
- А мне-то за что? Мы просто с Николь - как семья... Вот я о нём и беспокоюсь, - улыбается в ответ. - А Вы похожи на хорошего человека. Почему не попробовать, учитывая, что в противном случае я лично Вам сверну шею.
- Вырвете сердце, милая леди, - улыбается. - Шею я сам себе сверну.
- Ах, точно... А я почти забыла... - тихо смеётся. - А теперь - простите... Меня ждёт работа, - девочка встаёт и снимает фартук официантки. - Мне было очень приятно с Вами поболтать.
- Взаимно, Карен, - кивает Дамьен. Когда девушка уходит он расплачивается и покидает кабак.
Пока Дамьен идет по улице в голове у него творится безмятежный хаос мыслей. Он останавливается у телефонной будки, улыбается и делает один звонок, смеется в трубку, произносит "нужен совет" и вешает трубку. Теперь он уверенно идет в дом, где очень скоро, конечно, выслушает много нелестных эпитетов, но поддержку и совет тоже получит.
Дамьен звонит в дверь, как раз вовремя - собравшиеся уже обсудили все слухи и были готовы к десерту.
- Добрый вечер, леди, - улыбается Дамьен.
- Ты развелся? - с подозрением спрашивает одна из женщин сидящая в кресле.
- Нет еще, - отмахивается мужчина, падая в любимое кресло и задумчиво прикрывает глаза.
- Мм, Дамьен? - с некоторой тревогой отзывается другая. - Что-то произошло?
- Наш сказочный идиот похоже влюбился, - фыркает третья.
- Спасибо, Марго, я тоже рад слышать твой голос, - приоткрывает один глаз. - Да, я влюбился.
- Покажи нам эту несчастную мы ее отговорим связывать с тобой жизнь, - саркастически произносит Марго. - Нечего бедняжке жизнь ломать.
- Марго, прекрати, - прерывает назревающий скандал хозяйка квартиры. - Девочки, этот охламон и вправду влюбился. Вы только посмотрите на него!
- Даже из запоя вышел, - кивает Дамьен. - У меня две беды: моя жена и как добиться доверия моего избранника.
- Сам виноват, что женился. Я тебе говорила, что с ней тебе жизни не будет, - вздыхает одна из женщин.
- Дамьен, а что ты сделал, что нужно добиваться доверия? - прищуривается Марго.
- Некорректно сформулировал причину наших с вами в целом и с моей нынешней в частности разводов. Николь решил, что я развлекаюсь, а когда надоедает - бросаю, - вздохнул.
- Идиот...
- Браво!
- Так это тот мальчик, который в конце защищал тебя?
- Он, - мечтательно улыбается Дамьен. - А еще я наорал на Катрин.
- Давно пора, - отмахиваются женщины. - Так, ну, если ты серьезен, то мы хотим познакомиться с юношей. Тебе иногда сложно изъясняться нормально, а не как идиоту, - улыбается Марго.
- Мне сначала нужно добиться того, чтобы он со мной заговорил...
Далее следовал весьма насыщенный диалог в духе собраний генералов. Под конец все женщины уже готовы были носить Николь на руках, заочно. За то что расшевелил их бестолкового и непутевого бывшего мужа.
- Все, Дамьен, иди спать. Тебе еще многие подвиги вершить, - милостиво отпускают женщины. - Мы в тебя верим. Иначе давно пришибли бы дверью яйца.
Дамьен возвращается домой и забирается под одеяло, которое все еще хранило запах Николь.
Николь, как ни странно, провёл очень даже не плохой вечер и весьма недурственную ночь, за что получил новейшую швейную машинку "Зингер", некоторую мебель в квартиру и целую бригаду ремонтников вместе с финансами на ремонт в придачу. Николь откровенно радовался, как ребёнок. Наконец-то у него появилось то, о чём он мечтал всю свою жизнь - свой дом. И теперь этот дом за полдня превратился в то, что мальчишка всегда хотел видеть. Такая себе полу-студия. На остаток денег он накупил тканей, бижутерии, бисера... Весь день - он на крыльях такого эфемерного счатья, что уже и не помнит об обидных словах кого бы то ни было и тем более об обидных действиях. Обновив коллекцию грима и парфумов, на скору руку перешив пару платий, он является в свой кабак с чемоданами со всей этой прелестью и запирается в гримерке.
Карэн же, увидив это счастливое чудо, тут же свонит Дамьену и дрожащим голосом шёпотом сообщает:
- Он здесь. Но в хорошем настроении. Видно, получил какие-то очень нужные ему подарки... Даже не знаю, что стоит сделать, чтобы несколько притупить чувство его благодарности и омрачить лик добродетеля, но я очень постараюсь...
Дамьен искренне благодарит девушку. Перезванивает тому самому Эрику, всеми правдами и неправдами вынуждает его посетить кабак. Сам же придирчиво составляет букет в цветочном магазине, повергая в немой восторг продавщиц. Вкладывает в него небольшую открытку с коротким, всего в три слова, текстом. Решительно направляется в кабак.
Эрик уже в кабаке. Он удивлен и озадачен звонком Дамьена, но куда уж спорить с тем, кто не ошибался еще ни разу?
Николь, как ни странно, появляется вовремя. В коротком плащике перетянутым узким пояском с меховым воротником, обтягивающих кожаных штанах и на высоченной шпильке. Идеальный макияж, идеальный маникюр, блеск в глазах и неподражаемый голос. Нет, в нём нет профессионализма. В нём - душа на распашку, и оттого - ни одной ошибки и кристальная чистота каждой ноты. Мальчик, больше похожий на девочку, кажется, вот-вот взлетит над сценой.
Дамьен хоть и находится в зале с самого начала, но стоит в тени. Перехватывает одну из девочек-официанток и просит отнести букет в гримерку Николь. Сам же так и остается в тени, восхищенно наблюдая за мальчишкой. Правда едва ли Николь чувствует этот взгляд полный тепла и восторга.
Эрик же пораженно следит за чудом на сцене. Дамьен не ошибся, когда сказал, что это самородок, которых еще поискать нужно. И, разумеется, продюсерский инстинкт подсказывает ему, что Николь нужно вытягивать выше, что он засверкает в плеяде нынешней творческой компании.
- Спасибо... - в конце своего выступления улыбается Николь. - Вот всем вам... Знаете... Для таких как я - очень важно куда-то девать свою любовь. Я отдаю её вам. А вы принимаете её с благодарностью и возвращаете мне сторицей... Без вас я давно бы умер. Честно.
Мальчик низко кланяется аудитории и украдкой вытирает выступившие на глаза слёзы. А потом, без привычной рекламы своих услуг удаляется в гримерку, чтобы переодеться и избавиться от сценического макияжа и надожить повседневный - чтобы спрятать синяки.
На столике у себя он обнаруживает шикарный букет. "Странно," - думает он. - "Ведь никто, вроде, не заходил". И всё равно - поднимает букет, прижимает к груди и жадно вдыхает запах цветов, которые он любит так же сильно, как и свою жизнь. Пусть сложную, пусть иногда очень грустную, но такую яркую и переменчивую. Тут же он замечает и открытку, заглядывает внутрь, собирая остатки мозгов по стенкам черепной коробки, чтобы прочесть-таки то, что в ней написано.
В дверь стучат. И после вежливого "можно?" в гримерку заходит Эрик. Он до того поражен, что даже потерял свою фразу-клише и улыбку на миллион долларов.
- Добрый вечер, мсье. Позвольте отрекомендоваться - Эрик Хорни, - склоняет голову. - Вы замечательно выступили. У Вас изумительный голос и манера держаться на сцене. Скажите, Вы не хотели бы сотрудничать со мной и моей командой?
Николь вздрагивает всем телом. Нечто среднее между дрожью оргазма и дрожью от удара плетью. Некоторое время от просто растеряно моргает. Букет выскальзывает из рук, только открытка остаётс в пальцах. Он стоит и не знает что сказать. А затем как-то странно улыбается и качает головой, видимо в ответ каким-то своим мыслям.
- Я... я не знаю... я... - закрывает глаза и старается собрать мысли в кучу. - Эрик, я... Вы... Вы думаете, я смогу? Думаете, не потоплю Вас и Вашу команду своей...ммм...экс-ценр-ричностью? Нет, лучше не так...
Николь быстро поворачивается к зеркалу и на скору руку стирает всё то, что прятало синяки и ссадины.
- Вы можете повторить своё предложение человеку, для которого это, - очерчивает своё лицо пальцем по воздуху, - почти что норма жизни?
Нет, Николь очень не хочет упустить свой шанс, но в своё время его научили думать сначала обо всех, и только потом о себе. Это, пожалуй, и обрекло мальчика на отсутствие счастья до сих пор.
- Мсье, я готов повторить свое предложение, - не теряется Эрик. Право слово синяки не то, что способно его удивить. - Я уверен, что Вы не потопите нас. Иначе не предлагал бы сотрудничество, - ободряюще улыбается.
- Хорошо, - кивает мальчишка и стремительно подходит к мужчине, развернув открытку и буквально тыча ему под нос. - Можете мне прочитать, что тут написано, мсье? Я не умею читать.
- Мм... - признаться Эрик ошеломлен просьбой. - Здесь написано "я люблю тебя" и в подписи буква "д".
- Ох, едрить же твою мать! - кажется, Николь сейчас грохнется с высоты своих длинных ног на шпильках в обморок. Он, бедолага, аж побледнел, вместе с синяками. Но почти тут же берёт себя в руки и в дуще зарождается чтото между эйфорией и яростью. - Это всё Дамьен, да? Он позвал Вас? А ну-ка покажите мне этого сукиного сына и я сам выцарапаю ему глаза вот этими вот ногтями!
- Хмм... - задумчиво выдает Эрик. - Да, меня пригласил сюда Дамьен. Поскольку он осведомлен, что я ищу талантливого молодого певца для нового проэкта. Но его самого я не видел.
- Лаааадно, - и, кажется, в тоне Николь нет ничего намекающего на то, что у Дамьена всё будет хорошо. Скорее напротив. - Тогда ещё один вопрос. Он всех, кого трахает, Вам предлагает, или мне посчастливилось? Он... он... ну он и... - вот тут запал агрессии кончается, мальчишка оседает на пол и беззастенчиво ревёт.
- Ну, что Вы, мсье... Право слово... - присаживается на корточки. - Я давно знаком с Дамьеном. Я полагаюсь на его мнение, поскольку у него исключительный талант находить нужных мне людей. И поверьте мне - никого он не трахает.
- Меня... - всхлипывает, - меня вот... пару раз... и всё... о какой-то... любви! - размазывает по щекам слёзы. - Эрик! Ну как человек который развёлся шесть раз может... говорить что... ну... до гроба?! Он... он... вот я ему поверю... а он меня бросит... а потом вылавливать бедете меня из Сены... потому что... я не переживу ещё раз! - и всё это в классической дамской манере вещания сквозь слёзы.
- Он развелся с этой грым... Катрин? - удивленно. - Давно пора. Не любит она его, только деньги и кровь сосет! Ой, простите... - смущенно. - Знаете, мсье, Дамьен очень честный человек. Я знаком с ним около тринадцати лет и знаю что говорю. Ему можно верить.
- Мужская солидарность, - кивает Николь и слабо улыбается. - Редко мужчина скажет о другом, что тот кобель... Я... Не верю я ему, но... Я знаю, как иногда важно получить шанс. Пусть считает, что он у него есть.
- Нет, не мужская солидарность, - качает головой Эрик и помогает мальчику подняться. - Ну, если Вы считаете, что я вру - спросите у его бывших жен. Уж они-то о Дамьене ни слова не соврут, - мужчина смеется так словно это некое всенародное развлечение.
- Ну, в конечном итоге они почему-то стали бывшими, - смеется Николь и утирает слезы. - Все, черт с ним. Вы же не личную жизнь мою налаживать пришли. Поговорим о музыке?
И не скажешь, что это создание еще минуту назад плакало на полу.
- Давайте, - спокойно улыбается мужчина. - Простите, Ваши слезы просто несколько ошарашили меня. Никак не привыкну к душевности французов...
- Я и сам никак не привыкну, - улыбается юноша в ответ. - Ни к слезам, ни к французам, ни к тому, что кого-то это может ошарашить. Будем говорить здесь, или я могу пригласить Вас куда-нибудь?
- Как Вам будет угодно, мсье, - качает головой. - Если у Вас останутся какие-то сомнения касательно того стоит ли с нами работать - я приглашаю Вас завтра к нам в студию. Познакомитесь с командой, присмотритесь к условиям, - мужчина смеется. - Скажите Вы намерены работать со своим пианистом?
- Большой Сем хороший человек, я не могу его бросить, - пожимает плечами Николь. - Он понимает меня и делает замечательные аранжировки. Разве я могу бросить его здесь.
- Хорошо, - удовлетворенно кивает мужчина. - На самом деле хорошо. Мы избегнем возможных неурядиц с подбором музыкантов. У Вас будут какие-нибудь пожелания или замечания?
- Давайте все завтра? - умоляюще. - Мне надо подумать.
- Договорились, - улыбается и протягивает руку Николь. - Я буду ждать Вас и Вашего пианиста, - протягивает визитку с адресом. - Спасибо Вам. Вы действительно очень хорошо поете.
- Спасибо, - улыбается мальчик и, расчувствовавшись, целует Эрика в щеку. - Я вас не подведу.
- И не сердитесь, - заговорщицки подмигивает. - Он хороший. Только я ничего не говорил, а Вы ничего не слышали.
Покидает гримерку и отправляется в студию, делиться переживаниями, восторгами и планами.
Николь, опомнившись, поднимает с пола букет и ставит в вазу. Он так засматривается, что на время выпадает из времени. А затем, придя в себя, запудривает синяки, подхватывает букет и летящей походкой отправляется домой, забыв даже переодеться.
Дамьен дожидается того, что мальчишка выходит из кабака, наблюдая из темноты. Ласково и немного лукаво улыбается провожая его взглядом. А потом подкурив энную по счету сигарету направляется домой.
Дома он зажигает свет в гостинной, заваривает кофе, достает мольберт и краски. Зажимает сигарету в зубах и садится рисовать. Да так и пропадает в рисунке, который шаг за шагом обретает живость и яркость.
Николь приходит домой, включает свет. Он вдруг осознает, что ему невероятно тоскливо. Очередной взлет заканчивается очередным падением в одиночество. Мальчишка достает вино, включает музыку. Он пьет из горла и вальсирует сам с собой. И так - пока не напивается в хлам, пока не падает без сил в большую пустую постель, чтобы забыться бо сне.
Дамьен рисует до упора. Пока не заканчивает рисунок, а это случается часам к шести утра. Прогоняет сонливость, уходит в душ. Дождавшись пока краски высхонут, заворачивает картину и отправляет ее по адресу Николь. И только потом позволяет себе упасть на кровать и отрубиться.
Николь просыпается после полудня в страшном похмельи, а потому - злой, как собака. Умывается, моется, приводит себя порядок. Как раз к выходу из душа почтальон приносит картину. Николь встречает его совершенно голый, забирает посылку и хлопает дверью перед носом. Разворачивает нетерпеливо, как ребенок. Любопытно же, в конце-концов.
На картине изображен юноша в шелках и парче, с царственным величием расположившийся на кровати. На нем высокий тюрбан, а сам он как две капли воды похож на Николь.
Николь одевается вполне "скромно". Короткое черное платье разкетаечка, приталенный плащ, изящные черние туфельки. Макияж - неброский, совсем немного духов. Он на последние деньги ловит такси, заезжает за Сэмом и мчится в студию.
Эрик во всех красках расписывает насколько ему понравился голос Николь. Сообщает так же и то, что юноша должен сегодня быть в студии. На что Дамьена аж подбрасывает, глаза мужчины сверкают и он не дождавшись какой-либо реакции - уносится из студии.
На проходной Николь задерживает неосведомленный охранник, объяснив свои действия тем, что пьяных барышень пускать не приказывали. В ответ Николь разразился такой тирадой, что уже секунд через тритцать половина персонала уже записывала причудливъе обороты.
Студия и вправду собралась послушать дифирамбы уму и проницательности охранника. А затем бедолаге объяснили в чем он ошибся. На что мужчина отреагировал пристыженной улыбкой и извинениями.
Ребята из команды Эрика поначалу несколько неоднозначно присматриваются к Николь. А потом совершенно по-дружески приглашают пить кофе, есть сладости и общаться. Коллектив и вправду весьма дружный.
Николь откровенно блекнет на фоне огромного веселого компанейского немолодого негра в силу застенчивости и осознания своей неосведомленности. Сэму проще. Матерый музыкант быстро находит общий язык с ребятами и старается за двоих. За себя и Николь.
Несмотря ни на что на Николь поглядывают не без откровенного интереса. Во-первых, Эрик его собрался взять на новый проэкт. Само по себе событие всемирного масштаба. А, во-вторых, по студии уже расползлись слухи о том, что за мальчиком ухаживает Дамьен. И тут уже любопытство просто зашкаливает. Что поделать, творческие люди, которые, как малые дети - хотят знать все.
- Какого Ваше мнение, мсье? - Эрик улыбается Николь и кивает на своих ребят. - Присоединитесь к нам?
- Сэм? - мальчик растерянно смотрит на спутника, и тот кивает. Тогда Николь неуверенно улыбается Эрику. - Но только при условии что при входе мне не будут сообщать, что Вы нетрезвых шлюх не вызывали, - смеется.
- Договорились, - смеется мужчина. - Хотя, по правде говоря, Вы оказали нам услугу - у нас давно не находилось повода его уволить, - хитро подмигивает.
Хорни весь как будто на иголках. Или того хуже на пороховой бочке. Он несколько нервно поглядывает на дверь и явно молится всем богам, чтобы не произошло чего-нибудь фатального.
- Ну, что тогда подпишем контракт?
- Сэм подпишет, - смеестя Николь. - За ночь я не успел научиться читать.
Делает приглашающий жест в сторону своего кабинета. В кабинете уже долго копается в горах бумаг у себя на столе, а затем протягивает Сэму контракт.
- Если Вас все устраивает, то мы будем рады начать с Вами сотрудничать, - Эрик садится за свой стол.
Где-то в этот же момент в студию влетает Дамьен, будто бы за ним гналась свора адских гончих. Оглядывается по сторонам.
- Он здесь? - переводит дыхание и взволнованно вертит головой.
- В кабинете шефа, - смеется одна из девушек. - Контракт заключают.
По студии сразу разносится приглушенный смех.
- Ну, чего вы смеетесь? - улыбается.
- Да просто ты забавный такой, Дамьен. Как мальчишка влюбленный.
Дамьен только качает головой и теперь переводит взгляд с букета в своих руках на дверь в кабинет Эрика и обратно.
Сэм перечитывает несколько раз, подмигивает Николь и подписывает бумаги. Кажется, между этими двумя какой-то заговор, какая-то маленькая хитрость, пока еще не понятная.
- Ну все, - улыбается Николь, - теперь мы одна команда. Я постараюсь сделать все, что могу, а Вы в свою очередь просто постарайтесь меня понять.
- С удовольствием, - кивает Эрик ставя свою подпись и печать на бумагах. - Ну, и раз вы оба успешно влились в команду... На следующей неделе состоится выставка-презентация одной издательской конторы вместе с несколькими молодыми художниками. Мы, по обычаю, всей студией устраиваем сопроводительный концерт. Как Вы смотрите на такой дебют? - склоняет голову к плечу.
- Смотрим, - утвердительно кивает Николь. - Не боитесь, что у бедняг случится культурный шок?
- На том и стоим, - смеется, - если не разносить в пух и прах воображение этих вычурных зануд - они совсем заржавеют.
- Хорошо, - одобрительно кивает мальчишка и улыбается. - Я размозжу их мозги так, что в этом месте соберется столько людей, сколько не набивается на стадион, когда играет сборная Франции.
- Грандиозно! - хлопает Эрик. - Вот Вас нам и не хватало для полного размаха. К слову, можем начинать подготовку к записи? Или у Вас есть свои творческие планы?
- Я сложный человек, - виновато пожимает плечами. - Могу приехать среди ночи и требовать меня записать, а могу молчать неделю. Но мы можем попробовать.
- У нас нет четкого графика работы. Из-под палки никого не заставляем работать, - качает головой. - Да и работой это называется потому что деньги платят.
- Я всегда рад делать такую работу, - улыбается Николь. - Спасибо, что поверил в меня, Эрик. Мне... очень этого не хватало. Ты... действительно думаешь, что у нас получится?
- Иначе не заключал бы контракт, - Эрик разводит руками. - Мы сработаемся, Николь, Сэм.
- Очень на это надеюсь, - улыбается Николь. - Не хочу тебя разочаровывать.
Сэм же просто улыбается в ответ и кивает. У этого огромного негра нюх на хороших людей, и сейчас он абсолютно уверен, что Николь наконец-то оказался в правильном месте.
- Да что же они там так хохочут? - Эрик не выдерживает и подходит к двери. - К нам забрели циркачи?.. - выглядывает из-за двери и наблюдает затаившегося с букетом Дамьена. - Лучше бы циркачи... - сокрушенно вздыхает. О вероятной опасности предупредить Эрик не успел и что ожидает Дамьена неизвестно.
- Что там? - Николь не хочет вставать из уютного кресла, потому пытается выглядвать как может. - Эрик... только не говори мне, что... ты ведь не хочешь мне этого сказать?
- Я тактично промолчу, - закрывает дверь. Эрик возвращается на свое место. Судя по степени издерганности - Дамьена из студии не выкурить. Хорни закуривает и с улыбкой смотрит на Николь.
- Можно я тоже покурю? - Николь улыбается как-то слишком радостно. Видимо, в голове его родился какой-то план, похлеще, чем просто выцарапать глаза несчастному Дамьену. - Покурю, и пойду с ним разберусь.
- Этого я и боялся, - смеется Эрик. - Конечно, можешь курить, Николь. Только оставь его работоспособным, пожалуйста, - качает головой и тихонько хмыкает. - Настойчивый паршивец.
- Может, действительно любит? - улыбается своей шикарной белозубой улыбкой Сэм.
- Да иди ты... - фыркает в ответ Николь и закуривает. - У мужчин никогда ничего не бывает серьёзно. Особенно у творческих. У него было шесть жен. Слышишь, Сэмми, шесть! Это не серьёзно...
- А если?.. - аккуратно предполагает негр.
- Вот и посмотрим. Я своё сердце не собираюсь отдавать абы-кому. Если действительно любит - я это почувствую. А нет... То перестану даже думать о нём!
Интоначии последней фразы, однако, выдают мальчишку и его волнения с потрохами. Конечно, он не может сейчас заявить, что любит Дамьена. Но что-то тянет к нему, как магнитом.
- Сэм, как думаешь - искры полетят? - хитро так смотрит на мужчину. - Пожарных вызывать?
Ситуация несмотря на всю серьезность крайне комичная и в духе рыцарских эпосов.
- Не-а. Скорее Николь тут всё затопит... Слюнями, слезами или кровью - это как карта ляжет, - смеётся Сем. На что Николь только фыркает, мол "много вы обо мне знаете." Сэм знал действительно много. Без иронии. Потому и не давал точного процентажа развития событий. Тут многое зависело от оппонента... или любовника? Чёрт их разберёт - Николь с Дамьеном.
- Ну, тогда обойдемся без эвакуации, - серьезно кивает Эрик. - С другой стороны - красный освежит студию...
Николь смущается, быстро тушит сигарету и выходит из кабинета. Характерно так, цокая каблучками и совершенно по-дамски качая бёдрами. Цепкий взгляд старается выхватить из общего обилия лиц Дамьена. И как только мальчишка его замечает - несется к нему, буквально запрыгивает на него, обвивая ногами бёдра, а руками - шею, валит на пол и страстно целует на глазах у всего честного народа.
Честной народ роняет челюсти на пол от удивления. Одно дело слухи и совсем другое вот такое... Мгновение тишины и ребята начинают аплодировать, кое-где даже слышно ободряющее улюлюканье.
Дамьен тоже уронил бы челюсть, кабы уже не лежал на полу. Крепко обнимает Николь, целует в ответ.
- Николь... - выдыхает в губы парню. Тихо, счастливо, с затаенной тоской.
- Ты... ты... ты идиот и убить тебя мало, - шепчет в губы мужчины Николь, а потом снова целует. Страстно, горячо, как будто нет никого вокруг, не стесняясь звучно и сладко застонать от удовольствия.
- Я без тебя и так мертв... - запускает пальцы в волосы Николь, привлекает ближе. Углубляет поцелуй, со всей страстью и жаром целуясь с мальчишкой. Приглушенно, но откровенно эмоционально стонет.
Сэм, выйдя из кабинета, благодушно улыбается и качает головой. Такие выходки Николь всегда умиляли немолодого негра.
Николь же не видит уже ничего вокруг, не понимает, что нах таращатся. Он готов на всё прямо здесь и прямо сейчас.
- Малыш... - шепчет Дамьен. - Николь... - крепче прижимает к себе, не удержавшись снова целует. И снова поцелуем говорит больше, чем смог бы словами. И что безбожно тосковал, и что любит, и что не хочет отпускать, и еще много чего.
- Пойдём отсюда... - через силу выдавливает из себя Николь. - Они тебя просто на части разорвут на трофеи, если мы сделаем это прямо здесь...
- А... - Дамьен видимо крепко приложился головой об пол. - Хорошо...
Поднимается с пола, не отпуская Николь из объятий. Мотает головой и все же преподносит парню букет, который так и не выпустил из рук.
- Пойдём... - мальчишка как ребёнка тащит за собой плохо соображающего Дамьена, даже не глядя по сторонам. Через проходную, на улицу, в первое попавшееся такси. Называет свой адрес, заталкивает Дамьена в машину и снова набрасывается на него, но уже с куда более откровенными поцелуями и ласками, забираясь руками под одежду.
- Ччерт!.. - стонет Дамьен и с не меньшим рвением отвечает на поцелуи и ласки. Жадно оглаживает тело парня, забирается ладонями под одежду.
На водителя это не производит совершенно никакого впечатления. Париж, город любви, влюбленная парочка... Зачем им мешать?
Удобная вещь - это коротенькое платье, под которым, естественно белья не намечается. Николь невероятно приятно чувствовать руки Дамьена, вдыхать его запах, чувствовать вкус его губ. Беззастенчиво он расстёгивает зипер на его брюках, пробирается ладонью под бельё, настойчиво и властно со всей страстью сжимает в миниатюрной ладошке его член. Тихо и сладко стонет в поцелуй. Невероятное ощущение - ощущать кожей жар и напряжённость мужской плоти.
Дамьен скорее неосознанно вжимается пахом в ладонь Николь, трется. Стонет в поцелуй с той самой страстью, которая свидетельствует не о желании заняться сексом потому что обхаживает красивый мальчик, а о восхищении мальчишкой, всем, без исключений и сейчас в частности.
Гладит бедра Николь, притягивает к себе на колени, оглаживая плоть парня.
- Мы скоро приедем... - сбивчиво и неразборчиво шепчет Николь, стараясь ни на миг не отпускать губы Дамьена. И вопреки здравому смыслу собсвенных слов - принимается страстно ласкать член мужчины, сжимая всей ладошкой. Он не жалеет ни силы, ни скорости, ни амплитуды. Почему-то сейчас невероятно хочется ощутить горячее липковатое семя на собственной коже. От одного этого образа Николь, кажется, готов кончить прямо сейчас.
- Малыш... Что же ты... А-ахм!.. - выгибается, пытается сдержать стон, но ничего не получается. Мужчине до потери пульса приятны ласки Николь. И сам он не в состоянии удержаться - ласкает мальчишку неистово быстро, жарко. - Нико-оль!..
- Дамьен... мой хороший... мой...за-ме-ча-тель-нннный.... - сбивчиво шепчет мальчишка, выгибаясь, извиваясь, неосознанно двигая бёдрами навстречу каждому движению руки любовника, сам перехватывает этот ритм, стремясь сделать Дамьену как можно более приятно. - Ну же... пожалуйста... я так хочу... - в глазах уже темнеет от предвкушения оргазма, который уже потихоньку посылает своих первых вестников - сладчайшую дрожь и приятное до умопомрачения напряжение.
- Николь... Прошу... так... Бож-же... - мужчина сходит с ума. От ласк любовника, от его жара, от близости. На пике самой сильной из волн удовольствия Дамьен вскидывает бедра, заливая пальцы Николь своим семенем. Стонет хрипло, покуда хватает дыхания. Но не прекращает ласкать любовника, не может, не хочет лишать его удовольствия.
- Боже мой... Дамьен... Вот так... да... так... - мальчишка запрокидывает голову, открывая взгляду хрупкую шею, яростно пульсирующую жилку взлетающую от ключицы к уху. - Ещё... немного.... А-ах!
Николь подносит к губам ладонь, залитую семенем, принимется со всей страстью облизывать, сходя с ума от этого вкуса.
- Д-даах! - вскрикивает, напряжённо и сладко кончая, изливаясь в ладонь любовника. Вскрик обрывается вместе с тем, как заканчивается воздух. Николь прижимается к груди Дамьена, опускает голову на его плечо и улыбается.
Касается губами виска любовника, щекоча кожу горячим, сбившимся дыханием. Приобнимает Николь за плечи, трется щекой об его щеку, улыбается. А затем подносит к губам ладонь, увлеченно собирает губами, слизывает семя Николь. Вид у Дамьена при этом до невозможности довольный, почти по-детски счастливый.
- Псих, - смеётся Николь и слазит с коленей Дамьена на сидение. - Мы уже почти приехали.
На самом деле Николь плохо представляет, зачем всё это делает. Одно он знает наверняка: потому, что ему так хочется. И, счёв это достаточно весомым аргументом, он прекращает задаваться этим вопросом.
- Скажи, зачем ты всё это делаешь, Дамьен?
- Э, нет, малыш, я еще слюни не начал пускать, - смеется Дамьен. Внимательно смотрит на Николь, чуть склонив голову к плечу. - Потому что я с каждым мгновением все сильнее убеждаюсь в том, что люблю тебя, Николь.
- Как ты определяешь? Почему уверен, что это не пройдёт скоро? - Николь непонимающе качает головой. - Я... Я хочу... понимаешь, хочу знать, верить, быть уверенным. И боюсь этого.
Закрывает глаза, пытаясь подыскать более подходящие слова, ловит себя на том, что мелет чушь и отмахивается.
- Не обращай внимания. Иногда я такие глупости болтаю... Это не имеет никакого значения. Пошли.
Такси как раз притормозило возле обшарпанного дома, мало похожего на что-то приличное. Николь вытаскивает Дамьена из машины и тащит вверх по лестнице, на чердак, где нынче обосновался мальчишка. Апартаменты - более чем уютные. Такие персиковые, тёплые, светлые... Да, пока обитель весьма бедно обставлена... Но вся жизнь ещё впереди.
Какое-то время молчит, а потом тепло и искренне улыбается.
- Едва ли я смогу объяснить словами, как я это определяю. Потому что я это чувствую, - ерошит себе волосы. - Это сложно... Сложно облечь в слова. Coup de fodre. Это не то, что проходит. Это то, что остается глубоко во мне, где бы я ни был, что бы не делал.
Снова замолкает и обводит взглядом жилище Николь.
- У тебя здесь уютно...
- Я старался... Но это не всё. Думаю, раскрасить стены. Чем-то золотым. Сделать ещё теплее, поменять освещение... - мальчик одёргивает себя. Понимает, что может увлечься, и весь оставшийся день превратится в мечтания о том, во что бы Николь хотел превратить свою квартиру, чем украсить... "Это, наверное, не самое интересное", - решает он, оборачивается к Дамьену и улыбается. - Прости, ничем не могу угостить тебя... кроме вина.
- Если хочешь я могу познакомить тебя с одной художницей. Она делает изумительные росписи, - улыбается. - Вдвоем управитесь быстрее и веселее, - качает головой. - Нет, спасибо, Николь. Я завязал с алкоголем. Слишком много пью, а это не дело.
- Правда? - мальчишка поражённо моргает. - А я вот... пью. Но только тогда, когда понимаю, что иначе рехнусь. Так бывает. А вообще... Если хочешь... можешь пожить у меня неделю. Вот.
Эта фраза даётся с большим трудом. Дожидаться ответа - не хочется, потому что страшно. А вдруг откажется? Потому - снова обнимает Дамьена, притягивает к себе, целует, медленно пятится к кровати. Пожалуй, единственное место, где Николь может быть абсолютно откровенным не подыскивая нужных слов - постель. Нет, когда-нибудь, когда он разберется в себе, он сможет сказать Дамьену, что за чувства его наполняют. Но пока лучшего объяснения он придумать не может.
У Дамьена сегодня день удивления. Он за год столько не удивлялся, сколько за последние дни.
Вместо ответа целует Николь. Горячо, настойчиво и вместе с тем нежно. Привлекает юношу к себе, мягко оглаживает спину, бока. Медленно опускается вместе с Николь на кровать.
Николь сладко стонет, чувствуя прикосновения горячих ладоней сквозь тонкую прохладную ткань платья. Сам же - стягивает с Дамьена одежду, желая получить как можно больше этого сладкого жара. Контрастно-прохладные пальчики скользят по спине мужчины вдоль позвоночника едва касаясь, слегка цепляя ноготками.
- Дамьен... Ты меня... с ума сводишь... Как у тебя это получается?
- Само как-то... так получается... - по спине проносится дрожь, которую никак не скрыть. Да и зачем Дамьену скрывать то, что ему приятны ласки Николь?
Снимает с парня платье, нарочисто медленно, покрывая поцелуями обнажающееся тело.
- Так же как и ты меня с ума... сводишь...
- Не знаю, как так выходит... Ничего не делаю для этого... - смеётся мальчишка сквозь тихие стоны удовольствия. Признаться, Дамьен не был самым страстным или наоборот - самым нежным из тех, кто бывал в постели Николь. Но именно в Дамьене было что-то такое, что заставляло забывать обо всём на свете и раз за разом тянуться за этими ощущениями даже вопреки каким-то своим установкам и гордости. Так, как хорошо и просто было с Дамьеном не было ни с кем прежде. Наверное, потому, что Дамьен не был работой Николь. А может и не по этому. Думать сейчас над такими глобальными вопросами у Николь просто не хватало сил.
- С тобой безумно хорошо, Николь, - улыбается мужчина, прихватывая зубами сосок любовника, оттягивая на себя.
Сам же трется об парня, гладит, легко царапает, кажется, что у Дамьена сотня рук.
Мальчик закрывает глаза, всецело отдаваясь ощущениям. Прикусывает губу, чтобы не стонать слишком громко. Получается тихо, но чертовски сладко. Гладит плечи Дамьена, легонько царапает спину, выгибается на встречу его касаниям. Николь кажется, что кровь внутри него начинает понемногу вскипать и вот-вот готова обжечь стенки сосудов.
- Дамьен... так не бывает... с тобой так...
Дамьена и вправду не назовешь страстным до синяков или чрезмерно нежным. Он завис где-то посередине, сочетая в себе и то, и другое в гармоничной пропорции.
Зацеловывает грудь Николь, обжигая горячими, сухими губами, царапает нежную кожу щетиной. Тихо, едва слышно стонет, так что на выходе получается гортанное мурчание.
Николь запутывается пальцами в волосах Дамьена, чуть сжимает у корней. Ему нравится всё что происходит и то, как это происходит. Но в то же время ощущение это сродни ожиданию. Как будто в конце каждого касания стоит многоточие, обещающее фантастическую кульминацию. Но Николь не настаивает, не просит. Он просто позволяет Дамьену делать то, что ему хочется, то, что ему понравится. В конечном итоге, удовольствие это вполне двухстороннее.
Ладони уже оглаживают бедра Николь, царапают промежность. Мужчина смачивает слюной пальцы, аккуратно проникает в любовника, сначала одним пальцем, потом вторым, третьим. Пальцы подрагивают внутри парня, от сдавившего их жара.
Приникает к губам Николь иссушающе-страстным поцелуем.
Кажется, сейчас тело Николь просто взорвётся от невыносимой сладости ощущений. Жадно, жарко целует губы любовника и требовательно двигает бёдрмаи, насаживаясь на его пальцы, подгадывая наиболее приятный для себя угол. Если бы мальчишка сейчас открыл глаза, то понял бы, что весь мир плывёт. Изображение было бы не чётким, размытым, затуманенным пеленой наслаждения. Каждый новый толчок пальцев внутри заставляет вздрагивать и приглушённо стонать в губы Дамьена.
Кровь вскипает внутри Дамьена от этих стонов, от отзывчивости любовника. Со стоном разрывает поцелуй, пытается сфокусировать взгляд на лице парня. Снова смачивает слюной вход Николь, заменяя пальцы своей напряженной, раскаленной плотью.
- Никоооль! - рычит-стонет от удовольствия в шею мальчишки. Всем телом напрягается сражаясь со сладкой, будоражащей дрожью.
- Боже мой... Дамьен! - вскрикивает мальчишка, резко вскидывая бёдра навстречу проникающему движению любовника. Пальчики сжимаются на плечах мужчины, колени сильнее сжимают его бёдра. Николь не хочет позволять себе привыкать, потому начинает двигаться сразу, почти яростно насаживаясь на член Дамьена. Прикусывает губу, старается не дышать, чтобы позволить ощущениям полностью овладеть каждой клеточкой его тела.
Жадность очень быстро смешивается со с ума сводящей необходимостью двигаться в Николь, соединяться с ним в единое пульсирующее наслаждением целое. Дамьен отчаянно сдерживает стоны, но не получается, слишком уж хорошо ему с Николь.
Крепче сжав бёдра Дамьена, рывком перекатывается, подминая его под себя. Выпрямляется, упирается ладонями в грудь мужчины и подбирает ту скорость, угол и амплитуду, которые заставляют мальчишку буквально кричать от удовольствия. К тому же так можно преодолеть желание жмуриться, и полюбоваться лицом любовника.
Дамьен двигает бедрами, поддерживая ритм заданный любовником. Гладит-царапает его бедра. Ласкает член, не торопясь приблизить развязку, но обостряя ощущения.
Мужчина жмурится, неимоверно довольно стонет. Распахивает глаза, вперивая в Николь практически ничего не видящий восхищенный взгляд.
- Малыш... Мне хор-рошо с тобой...
- Твою... м-мать... - рычит Николь, склоняется у Дамьену и впивается в его губы самым страстным, настойчивым и довольно жестким поцелуем. Как бы Дамьен не старался не торопить, тело само чувствует чего хочет. А хочет оно вот прямо сейчас провалиться в самое яркое наслаждение. Николь напрягается всем телом, стараясь сдержать крик наслаждения и сладко кончает, заливая руку и живот Дамьена семенем.
Переворачивается, подминает под себя мальчишку, продолжая двигаться. Снова и снова доводит обоих до высочайшей точки наслаждения. Целует-кусает губы Николь, рычит в поцелуй. Выгибается до боли снедаемый вспышкой оргазма. А затем вжимается в любовника всем телом, тяжело, сорванно дышит, шепча имя парня.
Николь медленно закрывает глаза. Что толку смотреть туда, где ничего не может различить кроме ярких и размытых пятен цвета. Нежно, едва ощутимо гладит Дамьена по спине. Мальчишка дышит через раз, вздрагивает всем телом с каждым ударом сердца. Ему хорошо. Очень хорошо, и в то же время как-то...
Через пару минут Николь выскальзывает из-под мужчины, нправляется к бару и достат бутылку вина.
- Пригубишь вместе со мной?
Дамьен приоткрывает глаза, следит за перемещением Николь. Садится на кровати, встряхивает головой прогоняя темную пелену наползающую на глаза.
- Только смочить губы, - тепло улыбается мальчишке.
- Хорошо, - кивает Николь и накливает немного вина в бокал Дамьену. Сам же предпочитает пить из бутылки. Садится на кровати рядом с мужчиной и жадно делает пару глотков. Он отчаянно не знает, что говорить. Ничего не приходит в голову. Тихонько вздыхает и кладёт голову на плечо любовнику.
Приобнимает парня за плечи, делает маленький глоток вина, прижимается щекой к макушке Николь.
- Поздравляю тебя, малыш, - касается бокалом бутылки в руках Николь. Ласково улыбается. - Ты молодец, - нежно гладит по плечу.
- Ты это о чём? - устало выдыхает Николь. Только сейчас он понимает, что не хочет открывать глаза. Правда, выпить он может и с закрытыми глазами, а потому делает ещё пару глотков.
- О студии Хорни, - скашивает взгляд на Николь. Свешивается с кровати и отставляет бокал на пол. Тянет мальчишку за собой, сам устраивается полулежа. Лежа у него на плече пить тоже удобно.
- А я тут при чём? Это ты натравил на меня Эрика, а мне ничего не оставалось, как согласиться, - смеётся. - Знакомый сценарий, - поджимает губы и качает головой, улыбаясь несколько горько. Или просто устало. - Ты действительно хочешь поговорить об этом?
- Я хотел поздравить. Они хорошие ребята, - на этом замолкает и просто гладит Николь по плечу. Как всегда в таких вот ситуациях просыпалось чувство сомнения - верным ли было решение. Правда Дамьен довольно-таки быстро с ним справился. - Не будешь возражать, если я сегодня приготовлю ужин?
- Если найдёшь из чего, - пожимает плечами Николь. - У меня есть вино, вино и вино. Так что мы будем на ужин - вино или вино?
- Еще здесь есть я, а продукты в магазине, - улыбается и выглядывает в окно. Прищуривается, а потом тихо смеется. - Интересно много ли изменилось за двадцать лет?
- Жил где-то рядом? - лениво приоткрывает глаз. - Нет, думаю ничего не изменилось. По крайней мере за мою жизнь тут ничего не изменилось. Как по-мне, в этом мире вообще ничего не меняется.
Николь потягивается и прикрывает глаза.
- Давай я дам тебе ключи? Сам я немного посплю...Ты не против?
- Жил, - кивает Дамьен. - А ключи это хорошо. Боюсь я уже забыл искусство виртуозного взлома замков, - целует Николь в висок. - Отдыхай, малыш. Я постараюсь не будить тебя.
- Спасибо, - отвечает Николь. Достаёт из тумбочки ключи и потягивает Дамьену. - Можешь оставить их себе пока. Отдашь, когда решишь от меня уйти.
- Не дождешься, Николь, - тихо смеется забирая ключи. - Никуда я не уйду от тебя.
- Дурак... - смеётся мальчишка. - Я имею в виду через неделю, когда мне надо будет на время освободить квартиру.
- Крепко ты меня головой приложил, - качает головой. - Плохо соображаю, - слетает с кровати, одевается. Ласково целует Николь. - Чудо, - подмигивает. Быстро совершает осмотр кухни и, наметив себе список покупок, отправляется в магазин.
Николь же скручивается калачиком на кровати, закрывает глаза. О том, что он не спит свидетельствует то, что время от времени он приподнимается на локте для того, чтобы отпить из бутылки.
Дамьен бродит по магазинам, кое-где встречает старых знакомых, перешучивается с ними, беззаботно болтает за жизнь. Возвращается к Николь загруженный пакетами. Старается все же не шуметь, раскладывая покупки. Ставит в вазу орхидею, теплого карамельного цвета. Присаживается рядом с Николь, бережно касается ладонью его волос. Дамьен тепло улыбается глядя на мальчишку, но не пристально смотрит, чтобы не разбудить.
Мальчик, судя по всему, вылечиться ещё не успел. От тела пышит патологическим жаром. Или дело в алкоголе? Не известно. Николь ворочается, что-то неразборчиво бормочет себе под нос, хмурится. Судя по всему во сне он с кем-то ссорится. Или спорит.
Дамьен и не ожидал, что Николь будет лечиться. Такие не признают власти болезни над собой. Мужчина и сам таким был до того, как загремел в больницу на целый месяц.
Укрывает Николь, целует в макушку. Забирает вино с собой. Ставит вариться глинтвейн, вспоминая самые эффективные из самых вкусных рецептов.
Николь ещё долго вертится, мечется по кровати, сминая простыни, то сбрасывая одеяло, то кутаясь в него, иногда болезненно смеётся. Жестоко и хлёстко. А затем - просыпается. Вскакивает на кровати, вытирает холодный пот с висков и долго старается проморгаться и понять, где он сейчас.
Рядом с Николь стоит чашка с еще горячим глинтвейном, одуренно ароматный. Места знакомые с детства навеяли на Дамьена легкую ностальгию по временам, когда мужчина еще не был женатым и серьезным, а был беспечным воришкой и неизменно был заводилой всех драк.
Отвлекается от готовки и подходит к Николь. Присаживается на корточки перед кроватью, протягивает парню чашку.
- Спасибо, - осипшим после сна голосом. Мальчишка принимает чашку и пьёт жадно, залпом. Только на третьем крупном глотке понимает, что это горячее вино. Почти тут же всё тело прошибает жар. - Я не... ну... сон плохой приснился. Или не плохой. Не помню.
- Все в порядке, - успокаивающе улыбается Дамьен. - В любом случае это был только сон, Николь, - касается губами плеча парня.
- Я знаю... - шепчет мальчик, закрывает глаза и снова падает на подушку. - Я это... дальше спать...
Николь просто не знает, что делать ещё. Говорить с Дамьеном он просто не рискует. Мало ли что тот ещё сообщит о себе и после чего захочется его задушить. К тому же... ну а что говорить? Мальчик зпутался в себе настолько, что даже не может сказать, нравится ли ему присутствие Дамьена в его квартире.
Дамьен ставит чашку на прежнее место. С тихим вздохом качает головой и уходит на кухню. Продолжает готовить, прерываясь только на то, чтобы высунуться в окно и покурить.

@темы: Заморожен, Кинк, Слеш, Фетиш, Экшн

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

deviant.dreams

главная